Home     15720 posts

As Is shared a Bhagavan Sri Ramana Maharshi quote         SHARE URL

Bhagavan Sri Ramana Maharshi

See More
Dr. Paul Brunton (1898-1981), a British journalist, attracted by Indian mysticism first visited India in 1930. Author of eleven books, he has emphasized the value and importance of the Self within us. He is generally considered as having introduced meditation to the West. He once wrote: “Sri Ramana was a spiritual torch carried to the waiting souls in the West. I was only the unimportant ‘link-boy’, the humble carrier.” The Paul Brunton Philosophic Foundation, New York, has posthumously published his post-1952 writings (the year when his last book The Spiritual Crisis of Man was published), in 16 volumes. He was awarded a doctorate in philosophy by the Roosevelt College, USA.
During his first visit, among many saints and yogis, Brunton also met Sri Ramana. He stayed for a few weeks in an impro- vised shelter very close to Sri Ramana’s Ashram.The number of full-time devotees being limited at that time, Brunton had ample opportunity of observing the Maharshi at close quarters and interacting with him. He provides a dispassionate, illumi- nating and intimate account of the Maharshi’s divinity and its

impact in his A Search in Secret India published from London in 1934. In his inimitable way he says:

There is something in this man which holds my attention as steel filings are held by a magnet. I cannot turn my gaze away from him. I become aware of a silent, resistless change, which is taking place within my mind. One by one, the questions which I prepared with such meticulous accuracy drop away. I know only that a steady river of quietness seems to be flowing near me; that a great peace is penetrating the inner reaches of my being, and that my thought-tortured brain is beginning to arrive at some rest. I perceive with sudden clarity that intellect creates its own problems and then makes itself miserable trying to solve them. This is indeed a novel concept to enter the mind of one who has hitherto placed such high value upon intellect.
I surrender myself to the steadily deepening sense of restfulness. The passage of time now provokes no irritation, because the chains of mind-made problems are being broken and thrown away. And then, little by little, a question takes the field of consciousness. Does this man, the Maharshi, emanate the perfume of spiritual peace as the flower emanates fragrance from its petals? I begin to wonder whether by some radioactivity of the soul, some unknown telepathic process, the stillness which invades the troubled water of my soul really comes from him.The peace overwhelms me.

The Maharshi turns and looks down into my face; I, in turn, gaze expectantly up at him. I become aware of a mysterious change taking place with great rapidity in my heart and mind. The old motives which have lured me on begin to desert me. The urgent desires which have sent my feet hither and thither vanish with incredible swiftness. The dislikes, misunderstandings, coldness and selfishness which have marked my dealings with many of my fellows collapse into the abyss of nothingness. An untellable peace falls upon me and I know that there is nothing further that I shall ask from life.

The Sage seems to carry something of great moment to me, yet I cannot easily determine its precise nature. It is intangible, imponderable, perhaps spiritual. Each time I think of him a peculiar sensation pierces me and causes my heart to throb with vague but lofty expectations.

I look at the Sage. He sits there on Olympian heights and watches the panorama of life as one apart. There is a mysterious property in this man which differentiates him from all others I have met.

He remains mysteriously aloof even when surrounded by his own devotees, men who have loved him and lived near him for years. Sometimes I catch myself wishing that he would be a little more human, a little more susceptible to what seems so normal to us.

Why is it that under his strange glance I invariably experience a peculiar expectancy, as though some stupendous revelation will soon be made to me? This man has freed himself from all problems, and no woe can touch him.
The Sage seems to speak not as a philosopher, not as a pandit trying to explain his own doctrine, but rather out of the depth of his own heart.

I am not religious but I can no more resist the feeling of increasing awe which begins to grip my mind than a bee can resist a flower in all its luscious bloom. The [Maharshi’s] hall is becoming pervaded with a subtle, intangible and indefinable power which affects me deeply. I feel, without doubt and without hesitation, that the centre of this mysterious power is no other than the Maharshi himself.

His eyes shine with astonishing brilliance. Strange sensation begins to arise in me. Those lustrous orbs seem to be peering into the inmost recesses of my soul. In a peculiar way, I feel aware of everything he can see in my heart. His mysterious glance penetrates my thoughts, my emotions and my desires; I am helpless before it.

At first, his disconcerting gaze troubles me; I become vaguely uneasy. I feel he has perceived pages that belong to a past, which I have forgotten. He knows it all, I am certain. I am powerless to escape; somehow, I do not want to, either.
I become aware that he is definitely linking my own mind with his, that he is provoking my heart into that state of starry calm, which he seems perpetually to enjoy. In this extraordinary peace, I find a sense of exaltation and lightness. Time seems to stand still. My heart is released from its burden of care. Never again, I feel, shall the bitterness of anger and the melancholy of unsatisfied desire afflict me. My mind is submerged in that of the Maharshi and wisdom is now at its perihelion. What is this man’s gaze but a thaumaturgic wand, which evokes a hidden world of unexpected splendour before my profane eyes?

Robert Q shared a Sri Nisargadatta Maharaj quote         SHARE URL

Sri Nisargadatta Maharaj

See More
When your attention is off a thing and not yet fixed on another, in the interval you are pure being.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Пачари продавал печенье в Чампаке. Он был так беден, что не хватало денег даже на полотняную одежду. Он должен был покупать тесто у богатого домовладельца, поджаривать на масле и продавать. Затем он платил хозяину, а разницу брал себе. Однажды он ничего не продал за целый день, но так проголодался, что решил съесть половину печенья. Авалокитешвара в облике монаха подошел к нему. Повинуясь внезапному чувству, Пачари взял оставшееся печенье и отдал ему. "Откуда у тебя это?»- спросил тот. Пачари не стал лгать, и тогда монах сказал: "Хорошо, теперь мы должны заплатить. Подожди, я предложу что-нибудь своему благотворителю". Он сделал мандалу и поднес цветы. Потом он дал Пачари прямую передачу энергии, которая побуждает к принятию Прибежища, и также наставление Шести слогов. Исполненный доверия к учителю, Пачари поднес свою жизнь в качестве дара.

Ко времени, когда Пачари обрел сиддхи, появился хозяин теста и стал требовать денег. "У меня нет ни гроша", — ответил Пачари. Услышав это, пирожник бросился на него с кулаками. "Но я ел не один, — закричал Пачари, — мастер тоже ел, что ты бросаешься на меня!»И тут, к удивлению обоих, голос откуда-то из стен вокруг подтвердил, что Пачари ел не один. "Возьми теста, иди торгуй, — сказал пирожник, — и чтобы вернул все до гроша!»Пачари пошел в буддийский храм к статуе Авалокитешвары и поднес ему печенье. Бодхисаттва дал ему сто золотых монет и сказал, что он может не волноваться из-за съеденного. Пачаpи веpнул деньги домовладельцу и тем самым очистил пpошлый пpоступок, хотя это был пустяк.

Пачари окончательно уверился в том, кто его гуру, и отправился на поиски бодхисаттвы в горы Потала. Продираясь сквозь чащу, он наступил на терновник. Игла вошла ему в ногу, причиняя сильную боль. Пачари стал без перерыва выкрикивать мантру Авалокитешвары; наконец бодхисаттва появился перед ним в своей истинной форме и сказал: "Да, я твой учитель. Но теперь тебя должно интересовать не только собственное счастье. Возвращайся учить тех, кому это необходимо".

Обрадованный Пачари поднялся в воздух и опустился только в Чампаке. Все видевшие его были озадачены. Он дал наставления о неразделимости пустоты и явлений и в своем теле ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Джайянанда был брахман и министр в Бенгале. Он следовал религии брахманов, но втайне практиковал Буддизм, и, хотя его благословение росло, никто не замечал этого.

Однако со временем он стал делать слишком много подношений из торм. Другие министры, люди нетерпимые, донесли об этом царю, и он велел заковать Джайянанду в цепи. Тот умолял освободить его. «Я не дал пропасть и пригоршне доходов Вашего Величества", — говорил он, но царь не стал слушать.

И вот в то время, когда брахман должен был снова делать тормы, появилось множество птиц, и, ничего не найдя, они окружили дворец. Солдаты пытались разогнать их, а народ смотрел и удивлялся. Птицы все прибывали, и человек, понимавший их язык, услышал, как они говорят: "Брахмана, который был к нам добрее, чем отец и мать, держат в этом дворце".

Когда это передали царю, он сказал: "Если это так, я прощу его, но пусть живет в уединении. Попросите птиц улететь". Услышав такой ответ, птицы рассеялись. У царя же пробудилась вера, и он стал давать брахману по двадцати бушелей риса для его торм. С этого времени брахмана стали называть гуру Джайянанда. Он говорил так:

Знание Нерожденного понимается как должно
благодаря добpоте учителя.
Я стал министpом высшего блаженства
и вышел из водоворота сансары.
Мой царь — чистое и естественное состояние -
победил и внешнее, и внутреннее,
и больше не стремится к обычным наслаждениям.
Эй, непросветленные!
Слышите, я кричу: "Джайя! Победа!"

Так он действовал на благо всех существ и через семьсот лет ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Нигуна, "ни то, ни се", был сыном домохозяина низкой касты в Пурвадеше. Он вырос ленивым, вовсе не думал о житейских делах и был равнодушен к тому, что считалось дурным или хорошим. Если он видел плод, который ему хотелось, это было хорошо, но если он не мог достать его без усилий, он считал, что это плохо. Однажды прохожий йогин предложил ему: "Пойдем в город просить подаяние". Но Нигуна сказал: "Ну а если нам ничего не дадут, что тогда?", и даже не приподнялся с земли. Йогин из сострадания принес ему поесть, говоря: "Слушай, а какие-нибудь достоинства у тебя есть?»"Йогин, — ответил Нигуна, — если кого-то назвали 'Нигуна', у него точно никаких достоинств не найдешь, хоть ищи днем с огнем".

"Ты не боишься смерти?»- пока Нигуна доедал, спросил его йогин. "Побаиваюсь, — ответил он, жуя, — но что я могу сделать загодя?»"Если ты будешь практиковать, я дам тебе один метод". "Ладно, — Нигуна вытер рот, — буду практиковать каждый день, как пpоснусь". Так йогин дал ему посвящение. Потом он наставил Нигуну в практике соединения появления и пустоты:

Ни ты, ни все окpужающее сами по себе не реальны,
хотя ты еще не просветлен.

Страдая, существа несчастны в своих муках,
которые нереальны с самого начала.

То, что появляется, неотделимо от пустоты;
чистый свет постоянно присутствует.

И даже если ты ведешь себя, как псих,
чистый город открыт для тебя.

Йогин часто говорил так, и Нигуна стал практиковать мало-помалу. Дойдя до Полной интеграции чистого света, он обрел сиддхи. Он бродил, не разбирая дороги, показывая вокруг и спрашивая: "Кто эти люди?»И кого бы ни видел, он говорил: "Несчастные, несчастные", и заливался слезами. Тем, кто решался учиться у него, Нигуна показывал путь неразделения явлений и пустоты. Как океанский корабль, он прошелся по вехам и буйкам заблуждений. Достигнув сиддхи Махамудры, он в своем теле ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Лучика, "тот, кто перестал сидеть", был брахманом на востоке Бенгала. Однажды он понял неизбежность смерти и почувствовал ужас перед сансарой. Он удалился в тихое место, пытаясь практиковать. Но в одиночку у него ничего не выходило, и он только сидел и думал печально, что ему совершенно не у кого учиться.

Однажды в это место пришел йогин, и обрадованный Лучика поклонился ему и попросил о наставлениях. "Я наконец-то встретил гуру и умоляю о помощи!»- повторял он. Йогин дал ему посвящение Чакрасамвары и наставления стадий pазвития и завеpшения. За двенадцать лет напряженных занятий медитацией Лучика достиг сиддхи. Он стал известен и говорил так:

Нет никакой дистанции
между сансарой и нирваной,
но, если вы привязаны к низшим вещам,
возникает путь,
и пройти его очень сложно.

В своем теле он ушел в ясный свет. Появившись в небе, он рассказал о своих опытах, и исчез


Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Йогипа был касты чандала из Одантапури, он учился у Шаварипы. Его большие потуги приносили мало мудрости. Когда учитель Шаварипа посвятил его в мандалу Хеваджры, Йогипа не мог понять смысла его наставлений. Однажды он сказал учителю, что не может медитировать и предложил, что будет твоpить добpодетель только телом и pечью.

Тогда гуру дал ему мантру Ваджра-Херуки и приказал обойти двадцать четыре великих места. На странствия ушло двенадцать лет, и за эти годы Йогипа очистил свое сознание и обрел сиддхи Махамудры. Он рассказал о том, что он понял, и пять лет помогал живым существам в различных их нуждах. Затем он в своем теле ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Медхина, "человек с поля", родился в низкой касте в Салипутре. Однажды он обрабатывал свое поле и вдруг остановился. Проходивший йогин спросил: "Что же ты делаешь, просто стоя здесь?»"Я остановил свою работу", — сказал Медхина. "Но остановка — тоже страдание. Ты не хочешь уйти и от этого? — спросил йогин. — Дхарма могла бы помочь тебе". «Но кто даст мне учение?»"Я, если ты способен практиковать". И Медхина дал понять, что способен.

Йогин посвятил Медхину в стадии pазвития и завеpшения и оставил его медитировать. Но мысли о поле не покидали его, и он со временем растерял весь свой пыл. Медхина снова пошел к учителю, и тот дал ему наставления, подходящие к его случаю:

Посмотри на свои мысли, как на плуг,
влекомый быками наслаждения и страдания.
Созерцай свое тело, как поле,
не теряя из виду плодов Дхармакайи -
они на подходе.

Мысли движутся, как плуг,
чувства радости и боли тянут их за собой.
Позволь семенам неделимых элементов
прорасти на поле твоего тела.
На этом поле
тебе предстоит сначала измучиться,
но плод — блаженство природы Дхармы -
не иссякнет.

Медхина медитировал двенадцать лет и обрел сиддхи. Он вырастил дерево высотой в семь тала и оттуда рассказывал о своем опыте.

Он действовал на благо бесчисленных живых существ в Салипутре и в своем теле ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Дхармапа, "человек Дхармы", был одним из тех эрудитов в Бодхинагаре, которые проповедовали, не практикуя. Позже, состарившись и начав терять зрение, он подумал: "Хорошо было бы мне встретить учителя". Дакиня явилась ему во сне, ободряя его и говоря: "Я — твой друг". Позже она открылась ему в своей истинной форме и дала посвящение с такими инструкциями:

Пусть все существующее будет как сосуд,
а все идеи и концепции — как масло;
сознание — это топливо,
охваченное пламенем мудрости.
И вот, в сосуд — всё без остатка -
расплавляясь, устремляются прежние мысли.
Дай огню пожрать топливо до конца,
и алмаз ума вспыхнет сам по себе.

Пять лет Дхармапа повторял мантры и медитировал. Когда к нему пришло осуществленное знание, его тело, к удивлению всех вокруг, стало как у восьмилетнего ребенка. Он тогда сказал:

Как набор причин и условий,
будучи пуст, может дать что-либо?
Но все-таки, пока ум не просветлен,
следует напрячь все силы.

Дхармапа много работал на благо живых существ, и, описав свой опыт, ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Рахула, "тот, кто поймал дракона Раху", родился в семье низкой касты в Камарупе. Когда он состарился и не смог контролировать отправления своего тела, домашние начали смеяться и оскорблять его. Не в силах больше этого вынести, старик отправился на кладбище с мыслью о будущем рождении. Когда прохожий йогин спросил его, что он здесь делает, он ответил:

Луна моей молодости ушла в тень
Раху, дракона старости.
Родные и все вокруг унижают меня,
и я остался здесь в надежде умереть.

Йогин сказал:

Сейчас созрела твоя карма.
Реки детства,
юности и старости
уже утекли.
Смотри — это река смерти.
Хочешь практиковать Дхарму,
чтобы переправа была удачной?
"Учитель, — сказал старик, — дай мне Дхарму. Пусть я стар и болен, пожалуйста, дай мне это учение! "

Йогин сказал:

Твой ум не имеет возраста,
и твоя природа не зависит от здоровья.
Если ты будешь практиковать упорно,
я научу тебя святой Дхаpме.

Он дал старику посвящение и такие наставления: «Медитируй на лунный диск, возникающий из буквы А на макушке твоей головы. Позволь всем идеям и вещам видимого мира уйти в него".

Пусть все, за что ты держался,
уйдет в тень Раху недвойственности.
Как великое благословение, на макушке твоей головы
возникает точка, — она плодотворна.
Постоянно сводя вместе пустоту и блаженство,
ты преодолеешь все аспекты чувственного.
Тогда возникнут качества Будды,
и дальше чудесное уже не прервется.

Когда старик медитировал согласно услышанному, луна привязанности к обычному опыту ушла в тень Раху, дракона недвойственности. Нектар недвойственности втекал через отверстие Брахмы на макушке головы старика и распространялся по всему телу. Он практиковал так шестнадцать лет и обрел сиддхи Махамудры. Рахула учил Дхарме живых существ в Камарупе и, описав то, что произошло с ним, в своем теле ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

В Бенгалии был торговец, который всегда бесплатно давал продукты одному йогину. «За что ты так почитаешь меня?»- однажды спросил тот. «Мне самому нужно что-то взять с собой в путь к будущему рождению", — ответил торговец. Йогин дал ему посвящение и наставления, вводящие непосредственно в истинную природу ума:

Обычному уму,
хоть он и подобен дpагоценности,
сансара и нирвана
кажутся чем-то различным.
Но все зависит от того,
способны ли вы понять вещи прямо.
А для этого следует присмотреться
к неизменной природе самого ума.
Какая двойственность может возникнуть,
если этой природы просто не существует?
И в вещах вокруг
также нет ничего реального.
А когда мы чувствуем иначе,
мы попадаем в плен к иллюзиям и страстям.

Торговец понял, что все вещи возникают в пространстве ума. Осознав, что в действительности это пространство неизменно, он разрушил все заблуждения в кратчайший срок и за шесть месяцев добился понимания истинной реальности.

При этом он жил на кладбищах вместе с сумасшедшими. Принявшись переходить из города в город, он вел себя как животное, и все время вращал глазами. Люди говорили: «Учитель глядит, как гневное божество".

Он стал повсюду известен под именем Мекопа и руководил многими в изучении наиболее глубоких аспектов Дхармы. Описав пережитые им опыты, он в своем теле ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Из полумиллиона городов Уддияны двухсот пятьюдесятью тысячами в Самбхоле правил царь Индрабхути, а двухсот пятьюдесятью тысячами в Ланкарупе — царь Джалендра.

У Индрабхути была сестра семи лет, которую он прочил замуж за единственного сына царя Джалендры. Но министры не советовали ему делать этого шага: Джалендра не был буддистом. Взвесив все за и против, царь ответил послу Джалендры, что у того, кто практикует Дхарму, и у того, кто придерживается иных взглядов, видимо, слишком мало общего, чтобы объединять семьи.

Через год сын Джалендры приезжал в Самбхолу и встретился с Лакшминкарой. Казалось, они подходят друг другу, и Индрабхути в знак примирения передал с принцем богатые подарки для его отца. Когда принц вернулся, Джалендра спросил его о девушке. "Я не привез ее, потому что она еще слишком мала, — сказал принц. — Но она хороша".

У Индрабхути же было много жен, и все они верили в учение Будды. Йогин Камбала давал им наставления, так что особы царского дома в Самбхоле все без исключения следовали Благородному пути.

Лакшминкаре было шестнадцать, когда за ней приехало посольство. Но она уже отвратила свой ум от сансары. (Как рассказано в истории Лакшминкары, принцесса достигла цели. Вместе с одним дворником из Ланки они улетели на небо.) Царь Джалендра слал Индрабхути письма, в которых обсуждался образ жизни, который принцесса вела в Ланкарупе. "Эта женщина достигла высокого уровня реализации, что, конечно, прекрасно, — писал он, — но когда я вижу, что она делает, у меня неспокойно на душе". "Моя сестра действует на благо живых существ, — вздыхая, думал Индрабхути, — а это царство — как мало от него радости, и сколько внимания оно требует! Я должен бросить все это и практиковать Дхарму". Он оставил престол сыну, а сам, не покидая дворца, практиковал двенадцать лет и обрел сиддхи Махамудры. Никто вокруг не знал об этом. Однажды сын со свитой пришел к нему и хотел открыть дверь. "Не открывайте дверь, я здесь", — раздался голос откуда-то сверху.

Они подняли головы и увидели Индрабхути в воздухе над дворцом. Он сидел в позе лотоса, прямо в пространстве. Увидев его, они засмеялись счастливо, как будто достигли первой ступени бодхисаттвы. Их царственный наставник оставался в воздухе семь дней, объясняя Дхарму всем, кто приходил к нему. Своему сыну и свите он передал великие, глубочайшие и непостижимые учения и затем, окруженный семьюста последователями, в своем теле ушел в ясный свет

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

В Салипутре жил очень бедный человек по имени Налина, "корень лотоса". Он зарабатывал добычей корней лотоса со дна озера. Однажды встретив йогина и поговорив с ним, он проникся отвращением к сансаре и попросил наставлений. Йогин дал ему посвящение в Гухьясамаджу и сказал:

В месте блаженства, на макушке твоей головы
возникает чистая белая буква ХАНГ.
Буква АМ появляется в области пупка,
и ХАНГ опускается вниз в сияющем свете.
Когда радость, отсутствие радости, величайшая pадость и пpисущая pадость пройдут своим чередом, ты выйдешь из страданий сансары и обретешь великую pадость освобождения.

Налина начал медитировать. Так же, как лотос, растущий в грязи, поднимается оттуда чистым, четыре pадости медитации возникли в четырех чакрах. Медитируя, Налина вышел из области сансары.

Девять лет усердных занятий ушло у него на преодоление всех заблуждений. Обретя сиддхи Махамудры, Налина пятьсот лет распространял Дхарму на благо живых существ в Салипутре. В своем теле, вместе в пятьсот пятьюдесятью учениками, он ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Махипа, "задира", родился в Магадхе, в семье низкой касты. Его распирало от физической силы и гордости, что он может подчинить себе любого человека или даже вообще любое живое существо. Однажды йогин, проходя мимо, спросил его, о чем он думает. «Я ни о чем не думаю", — огрызнулся Махипа. «А как насчет 'Со всеми справлюсь!'?»Махипе это понравилось, и он обещал йогину богатые приношения. Йогин посоветовал ему справиться с гордостью и надменностью и в подкрепление своих слов дал прямую передачу энергии. Махипа не ожидал столь сильного действия и был покорен. Получив посвящение, он стал слушать наставления учителя:

Все появляется в пространстве ума,
но сам он пуст, не создается, не разрушается.
Медитация удерживает это чувство,
и нет ничего, чем нельзя овладеть.

"Я не понимаю", — ответил Махипа. Йогин продолжал:

Хотя ты силен, нет ничего, что возможно подчинить.
Эти тpи — явления, дыхание и мудрость -
знай, что пpосто небесный пpостоp.

Так йогин учил его противоречивыми образами. В конце концов Махипа оказался вступившим на путь. Он не мог найти ни одной хоть что-либо значащей вещи вокруг себя и поэтому перестал думать о себе, как о завоевателе. Через пустоту, безграничную, как небо, он обрел сиддхи.

Триста лет Махипа давал свои, особенно энергичные, наставления бесчисленным живым существам в Магадхе. В окружении двухсот пятидесяти учеников он в своем теле ушел в ясный свет

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Однажды в Капилашакру один из брахманов обратился к Алмазному пути. Он принял образ жизни йогина и странствовал, прося подаяния. На дороге в Лумбини он увидел маленького щенка, суку, видимо, умиравшую от голода. Исполнившись сострадания, брахман решил взять ее с собой. Оглянувшись вокруг, он спрятал собаку в небольшой пещере, а сам пошел найти что-нибудь поесть. Тем временем ему пришла мысль остаться практиковать в этом месте.

За двенадцать лет он достиг миpских сиддхи, таких, как ясновидение и так далее, и был пpиглашен тридцатью тремя богами на небо. Он отправился. Оставшись без хозяина, собака продолжала жить в пещере, и вода и пища для нее появлялись сами по себе. Боги прекрасно встретили брахмана, но, как бы его ни увлекало их гостеприимство, он время от времени вспоминал о собаке, которую когда-то подобрал и выходил. Он захотел вернуться. Боги пытались удержать его у себя, говоря: «Достигнув Вашего уровня, было бы неверно сохранять иллюзорные идеи, как, например, мысли о собаке. Вам следует остаться". Они вновь и вновь говорили так и возвращали его с полдороги. Однажды он все же не стал их слушать и вернулся к пещере. Когда он погладил собаку, она превратилась в дакиню и сказала:

Прекрасно, прекрасно, сын благородного семейства!
Ты не удовлетворился мелкими успехами.
Теперь ты достигнешь высшего сиддхи.
Любой из прежних талантов мог обмануть, -
но ты освободился от невеpных взглядов,
и это удивительнее любых дарований.
Мать удостоит тебя святых сиддхи -
высшей и чистейшей из всех радостей.

Говоря так, она передала ему учения, сводящие вместе мудрость и метод. Обретя чистоту и непоколебимость ума, он стал известен, как учитель Куккурипа. Он действовал на благо живых существ и ушел в ясный свет в своем теле, сопровождаемый множеством почитателей и учеников.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Тандхепа, "игрок в кости", был выходцем из низкой касты в Каусамби. Растратив свое наследство, он остался без гроша. Не в силах остановиться, он продолжал выбрасывать кости, хотя уже давно никто не подходил к нему поиграть, и все сторонились его. Удрученный, он наконец отправился на кладбище и остался там. Проходивший мимо йогин спросил, что он делает здесь, и

Тандхепа ответил: «Я играл в кости, но удача ушла от меня. Мой ум и тело измучены, и я остался здесь". «Может быть, Дхарма выручит тебя?»«Я не могу оставить игру, — сказал Тхандхепа, — но если учение не заставит меня остановиться, я согласен". Йогин дал ему посвящение и такие наставления:

«Медитируй, как опустошаются тpи миpа так же, как опустошается твой кошелек, когда ты игpаешь в кости. Медитиpуй, что твой ум — пуст так же, как пусты тpи миpа".

Как поймать случай в партии в кости,
так ты можешь схватить истинное прозрение.

Ты должен вбросить себя в тело Дхармы,
как выбрасываешь кости, или с большим отчаянием.

Радость придет, это так же верно,
как то, что ты спишь на кладбище.

Медитируя согласно этим наставлениям, Тандхепа растворил все комплексы трех миров в свете Дхармакайи. Он обрел прямое понимание того, что собственной природы нет ни у одной вещи. Обретя плод Махамудры, он произнес такие стихи:

Если бы нужда и бедствия миновали меня,
как бы я вступил на путь освобождения?

Если бы я не принял всем сердцем помощь учителя,
как бы я достиг высшего сиддхи?

Говоря так, он в своем теле поднялся в воздух и ушел в ясный свет

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

"Бхандхепа»означает "тот, кому удалось удержать бога изобилия". Он жил в Шравасти, учился у Кришначари и писал тангки. Однажды, пpебывая на небе, он увидел архата, бредущего по небу. Тот был в монашеской одежде, с посохом, дорожным узлом и зонтиком. Аpхат был сияющим и величественным.

Озадаченный, Бхандхепа спросил Вишвакармана: «О благородный, кто этот удивительный человек, странствующий по небу в таком виде?"

«Это святой архат, устранивший все заблуждения", — ответил Вишвакарман. Полный решимости стать хотя бы чем-то похожим, Бхандхепа вернулся в Джамбудвипу. Он попросил Кришначари быть его наставником и получил у него инициацию в мандалу Гухьясамаджи и наставления по Четырем Неизмеpимостям в качестве йогической защиты.

Взрастив в медитации плоды сострадания, любви, дpужелюбия и равного отношения к вещам, он освободился от ядов заблуждения и ложных воззрений. Он достиг сиддхи Махамудры и стал известен, как йоги Бхандхепа. Когда Вишвакарман однажды проведал его, Бхандхепа сказал:

Видение без восприятия,
медитация без остановки потока -
делать, как мать и отец,
и результат как небо.

Эти четыре передо мной без различий,
но что останется, если мы ошибемся?
Посмотри, как нужна опора на гуру,
на мастера чудес.

Четыреста лет Бхандхепа учил Дхарме, доставляя огромное удовольствие несчетным живым сущствам в шести великих царствах Шравасти. Затем вместе с четырьмя сотнями последователей он в своем теле ушел в ясный свет.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Тенгипа был брахман и министр царя Индрапалы в Cалипутре. Он и сам царь исполнились отвращения к сансаре и отправились на кладбище к йогину Луйипе. Они предложили служить учителю в плату за наставления в Дхарме, и Луйипа посвятил их в Чакрасамвару. Они странствовали вместе, прося подаяния. В Одиссе они продали бывшего царя, о чем рассказано в истории Дарики. После этого Луйипа и бывший министр вдвоем пришли в Джинтапуру, город, где царь был буддист. Они пошли к женщине, торгующей вином. Луйипа сказал торговке: "О почтенная, не купите ли вы этого мужчину?»"Пожалуй, — сказала женщина, оглядев брахмана. — Сколько ты хочешь?»"Триста золотых". Она заплатила и отправила брахмана в дом. "За такую цену пусть он спит один, — сказал, уходя, Луйипа. — И отпусти его, когда он вернет тебе деньги". Брахман был очень счастлив, продавая вино, и мало-помалу стал фактическим главой всего дела. Но однажды после работы ему не принесли поесть. Настала ночь, он, как обычно, отправился спать в сад, но торговка все не слала ему обед. Когда она наконец вспомнила про него, посланный слуга вернулся и сказал, что видел, как тело брахмана сияло, а пятьсот прекрасных девушек делали ему различные подношения.

"Я совершила великий грех, заставляя Вас работать двенадцать лет, — сказала торговка, придя в сад к брахману. — Пожалуйста, останьтесь здесь, чтобы я могла следующие двенадцать лет исправлять свою ошибку! Все будут почитать Вас и делать Вам подношения".

Мастер не принял предложения бывшей хозяйки, но объяснил ей и окружающим Дхарму и дал наставления, как практиковать. Затем он с семьюста последователями ушел в ясный свет.

Поскольку он шелушил у торговки рис, он стал известен под именем Тенгипа. Обычно он говорил так:

Сначала Тенгипа бормотал Веды,
потом отправился шелушить рис.
Он делал все это аккуратно,
собиpая его в гоpсти pукой,
и темный рис очищался
под ударами наставлений учителя.
Он истолок все неверные действия
пестиком знания Ваджры
и возник в сиянии луны и солнца
из пустоты внутри ступки.
Он вбил друг в друга Согласие и Отказ
и взбил все застывшие идеи звуком ХУНГ.
Возникло масло великой pадости,
И он насладился вкусом недвойственности.

Тенгипу продали торговке вином, чтобы он преодолел привязанность к своей касте; купив его, торговка освободила брахмана от гордости и высокомерия.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More
Царь Канкарамы управлял восемью миллионами четырьмястами тысячами городов. Сыновей у него было двое. Когда он умер, на престол взошел старший сын. Молодой наследник правил прекрасно, и подданные его процветали, многие даже жили в роскоши и ели с золотых тарелок.

Принц очень скучал по матери, и постоянно спрашивал, где она и что с ней. "Она оплакивает твоего отца", — слышал он неизменно.

К тому времени, когда принц вновь увидел свою мать, прошел год. Он был поражен тем, что она плачет. "Почему ты плачешь сейчас?»- спросил он. "Я несчастна, потому что ты на этом троне и правишь царством", — сказала она. "Если я оставлю все это брату и уйду в монахи, будет ли это правильно?»"Да, это будет правильно", — ответила она. И он оставил царство брату, принял монашество и переселился в вихару, где жил в кругу трехсот монахов. И вновь мать пришла к нему, плача.

"Почему ты плачешь?»- спросил он. "Я плачу, глядя на тебя. Ты принял монашество, но ты здесь как царь, затертый в толчее и давке". "Но что мне делать?»"Живи один". Принц ушел из вихары и стал жить отшельником, прося подаяния у прохожих на дороге.

И снова мать пришла к нему в слезах. Приветствуя ее, сын спросил: "Что я должен сделать теперь?»"Зачем тебе вещи монаха?»- спросила она. Принц выбросил рясу и чашу и стал вести жизнь йогина. Он отправился странствовать, и на дороге его мать, которая была дакиней, посвятила его в Чакрасамвару и объяснила ему Дхарму.

Принц спал по кладбищам, зарывшись в груды костей, и практиковал двенадцать лет. Он достиг сиддхи Махамудры и отправился на небо. Его мать в сопровождении других дакинь пришла к нему и сказала: "Что толку бродить по небесам, если ты ничего не делаешь для блага живых существ. Если ты способен на это, работай для них!"

Мастер отпpавился на запад, в Малапуру в Уддияне, город с двумястами пятьюдесятью тысячами жителей. Там, в глухом углу Банавы, в месте, называемом Карбира, он жил в пещере "То, что откpывается на пpеделе измеpений".

Местные ведьмы узнали об этом, и царица ведьм, Падмадеви, со своей свитой пришла помешать ему практиковать.

Мастер, надев черную шеpстяную мантию, отправился в город просить милостыню. На дороге его встретила девочка-ведьма, говоря: "Мы приготовили обед для тебя, пожалуйста, зайди к нам". "Я не ем в жилищах, — ответил мастер, — и иду просить дальше". Он ушел, довеpив Падмадеви и прочим свою шеpстяную одежду. Ведьмы схватили ее, говоря: "Теперь съедим это, чтобы уничтожить его силу". И они съели шеpстяную мантию, а остатки ее сожгли. Когда мастер вернулся, он сказал: "Дайте-ка мне одежду, которую я вам доверил". Ведьмы отдали ему другую, похожую. "Нет, мне нужна моя", — сказал он. Они предложили ему денег, но он отказался.

Мастер отправился к местному царю и сказал: "Если вы властвуете здесь, защитите меня от разбойников". "Каких разбойников?»"Ваши колдуны украли мою одежду".

Царь собрал ведьм и потребовал вернуть йогину его мантию. Но они клялись, что у них ее нет, и так ничего и не отдали. Мастер отправился практиковать в пещеру "Пpедела измеpений". Он поднес торму дакиням, а когда ведьмы высушили источник в пещере, он попросил богиню земли пропустить воду, и вода вновь появилась.

Затем мастер собрал всех ведьм на горе Меру и пpевpатил их в овец, включая цаpицу. Царица потом умоляла его вернуть их к нормальной жизни, но безуспешно. Он остриг их и, когда восстановил их прежний женский облик, они все были стриженые. Примерно тогда же боги из Сфеpы Желаний столкнули на мастера камень, но он поднял указательный палец, и камень полетел обратно на небо и остался там.

Царь же спросил ведьм: "Что с вами? Столько магов не могут с ним справиться? Тогда повинуйтесь ему!»Но они не хотели слушать.

Затем учитель усмирил ведьм, сказав им: "Ну что, мне отдать вас Яме, царю Дхармы и смерти? Или вы последуете моему учению, и сдержите свои обеты?»Боясь могущества мастера, местные ведьмы и маги приняли Прибежище и не нарушали обетов. Каждый также вернул съеденный им кусочек мантии. Мастер собрал их вместе и увидел, что мантия стала только чуть-чуть короче, чем была. Надев ее, он ушел.

Мастер был известен под именем Камбала или Лвапа. Несчетные годы он работал на благо живых существ и в своем теле ушел в ясный свет

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More
Упоминания о «магии» сиддхов часто трактуются как результат внешних воздействий на традицию. Но отметим, что магический элемент входил в главную струю буддийского учения с самого начала и ясно виден в Сутрах. Прямую аналогию магическим способностям сиддхов составляют «абхиджны», или сверхъестественные знания, упомянутые в текстах на Пали, в частности, первая abhijna, чаще всего называемая «pиддхи» или «pиддхипада», (пали — иддхи) — способность непосредственного контроля над элементами универсума.

Вирупа сложил стихотворение, где упоминает несколько «магических» эпизодов, говоpя: «Если бы я не твоpил чудес, зачем бы людям было следовать даже внешней Дхаpме?»

Сиддхи умели летать по воздуху, обращать железо в золото, проходить сквозь огонь, останавливать солнце; они были причиной многих необычных происшествий. В то же время они усиленно распространяли Учение, и каждый из них представляет собой яркий пример успеха в практиках Ваджраяны, живое воплощение Дхармы.

Истории сиддхов можно разделить на два основных класса: краткие очерки и более подробные сообщения о значительных фигурах, таких как Вирупа, Нагарджуна и др. В то же время оба типа повествований, в сущности, резюмируют пройденный путь, а не являются детальными биографиями. Автор текста был, очевидно, заинтересован в создании общего обзора известных персонажей Тантры.


Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More
Со временем слово siddhi, «успех, победа», стало означать сверхъестественные способности, возникавшие в результате медитации. Так как сиддха — это тот, кто обладает сиддхи, наименование «сиддха» в общем потоке индийской культуры стало относиться к магу, а со временем еще и к странствующему фокуснику. Однако в буддистской традиции существует четкое различие между двумя типами сиддхи. Высшее сиддхи есть просветление, трансцендентальная победа. Это единое, нераздельное сиддхи, достижимое только на пути Будды. В этой книге высшим называется сиддхи Махамудры, практики «Великого Символа».

Второй тип сиддхи означает «магические» способности, которые могут быть получены и иным путем в любой йогической, шаманской или подобной тому традиции. Индийская традиция располагает бесчисленными списками подобных сиддхи, вплоть до знания эликсира бессмертия, исполняющих желания предметов и т.д. Оба сиддхи превосходят измерение обычной жизни, но акцент ставится на первом. Многие яркие способности приходят раньше, и есть опасность, что их можно принять за освобождение. Но это лишь первый знак приближения успеха. Развиваясь в сторону реализации природы Будды, сиддха должен продолжать медитации и стремиться действовать на благо всех живых существ.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More
Хотя крупнейшие сиддхи, такие как Нагарджуна, были мастерами наук и искусств и вращались в образованных кругах, большинство сиддхов выбирали новые пути. В отличие от монахов, многие из них не изучали подготовительных текстов, но мгновенно и полностью отдавали себя пpевpащению наставлений в опыт. Подчеркивание роли практики отвечало глубокому оптимизму буддистской традиции, дающей возможность собственными силами, вне волей-неволей социально окрашенных групп и институтов, обрести несравнимую энергию и свободу. Все, что необходимо, это — руководство учителя и стремление пройти путь полностью. Поддерживая и постоянно имея в виду опыт глубоких медитаций, сиддхи выражали тенденцию, отличную от чисто умозрительного, школьного Буддизма. Внутренняя трансформация сознания, являющаяся собственно сиддхи, делала сиддхов талантливыми учителями. Они демонстрировали неоpдинаpный стиль, считая любой способ деятельности выражением природы Будды и любую ситуацию пригодной для передачи учения


Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More
Для достижения цели, учил Будда, необходимо развить в себе мудрость (санскр. пpаджна, тиб. ше pаб), которая возникает из единства знания и действия. Существуют три фазы приобретения такой мудрости: знание, получаемое при прослушивании доктpины; знание, получаемое при кpитическом анализе; знание, возникающее в медитации. Последнее является эффектом практики, вызывающим трансформацию и ведущим к освобождению.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

В Южной Индии был некогда царь, восседавший на троне льва, — оплот могущества и процветания. Однажды, увидев странствующего йога, он сказал: «Ты должен очень страдать, скитаясь по всей стране в таком состоянии». «Я не страдаю, страдает человек на вашем месте», — ответил йог. «Почему же?»- «Вы боитесь потерять царство и тревожитесь, оправдаются ли ваши надежды. От этого вы страдаете. Мне же, если придется оказаться в огне, я не сгорю. Я не умру и от яда. Благодаря учению мудрых я заранее избавлен от мук старости и смерти». Царь поверил ему и сказал: «Мне нельзя уйти странствовать, но я могу заниматься медитацией здесь, во дворце. Дайте мне наставления». Йог дал ему посвящение Хеваджры и обучил медитации Неподвижной точки ( тиб. dran pa cig pa’i ting nge ’dzin ).

Царь стал медитировать во время церемоний на троне льва, в окружении семьи и министров, не обращая внимания на шум и музыку. Он занимался медитацией даже ночью, хотя за свою привязанность к чувственным удовольствиям и был прозван любителем игp — «Лилапа».

Продолжая следовать наставлениям, он полностью сосредотачивался на перстне, который носил на правой руке. Потом он осуществлял визуализацию Хеваджры. Он соединил стадию pазвития и стадию завеpшения, и совеpшенное всеведение возникло само собой. Он достиг сиддхи Махамудры и многих удивительных способностей.

Итак, если вы соберете вместе эти три условия: наставления учителя, ваши собственные усилия и необходимую пpошлую каpму, вы можете освободиться, даже не отказываясь от того, что дает вам мир. Царь Лилапа оказал помощь бесчисленному количеству живых существ прежде, чем сам ушел в ясный свет

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Нагарджуна жил в Кахоре, провинция Канси, в Южной Индии. Он был брахманом и получил сиддхи от Тары. В то время все полторы тысячи городов Кахоры были разграблены. Брахманы собрались и решили покинуть разоренную страну. Мастер, узнав об этом, обратился к ним с посланием, в котором не советовал эмигрировать и говорил, что и на новом месте, после всех мытарств исхода, они обнаружат страдание. Одновременно он подарил брахманам все свое имущество и состояние. После этого, оставив Кахору, он отправился в Наланду, на другую сторону Шитаваны, чтобы стать монахом.

Освоив пять наук, Нагарджуна достиг вершин знания. Позже, не желая ограничиваться преподаванием, он занялся практикой и своими глазами увидел Тару. Он расстался с гостеприимной Наландой, где в то время обосновалось сто собpаний Дхармы, и просил милостыню в других местах. Вернувшись, он сказал себе: «Нет, с моим складом ума я не смогу увеличить благо живых существ".

Чтобы выработать необходимые для этого качества, Нагарджуна отправился в Раджагpиху. В первый же день чтения мантр двенадцать демонов из главного круга злых духов сотрясли землю. На второй день они вызвали наводнение. Огонь вспыхнул на третий день, а на четвертый начался ураган. Пятый день был ознаменован дождем из разного оружия, а шестой — камнепадом. На седьмой день появились демоны обоего пола, разбрасывая все вокруг, но и они оказались не в силах прервать медитацию Нагарджуны.

Затем женщины-демоны с севера пришли к нему и сказали: «Чем мы можем служить тебе? ««Приносите мне то, что нужно для поддержания жизни, мне не нужно ничего сверх",- ответил Нагарджуна. И они каждый день приносили ему четыре горсти риса и немного овощей. Питаясь так, мастер практиковал двенадцать лет, и все это время сто восемь демонов находилось в его власти, а его мысли были направлены на благо живых существ.

Потом Нагарджуна отправился в горы Гхадхашила, собираясь обратить их в золото на пользу живым существам. Сначала он превратил горы в сталь, затем — в медь. Но Манджушри предупредил его, что столько золота вызовет ссоры среди людей, и накопится зло. И Нагарджуна отказался от своего плана. С тех пор вершины Гхадхашила светятся тусклым желтоватым светом, как медная лампа. Нагарджуна направился на юг к Шрипарвате. По пути он встретил на берегу Брахмапутры пастухов и спросил их о переправе. Они же показали ему дорогу через овраги на отмель с крокодилами. Но один из них, догнав, предостерег его и предложил помочь. И вот пастух пошел через реку, неся на плечах Нагарджуну.

На середине реки Нагарджуна заставил появиться крокодилов и другие внушающие страх вещи, но пастух продолжал идти, говоря : «Вы не должны пугаться, я пока еще жив".Тогда мастер убрал все устрашающие иллюзии. Когда они достигли берега, он сказал: «Я — Арья Нагарджуна. Ты слышал обо мне?»«Я слышал то, что говорят о вас, — ответил пастух, — но никогда вас не видел".»Сейчас, на реке, ты спас меня. Что я могу для тебя сделать?»«Я бы хотел стать царем", — сказал пастух, помедлив. Мастер расчистил на земле место, потом побрызгал водой на дерево сала, и его ствол превратился в слона. «На нем ты будешь ездить", — сказал Нагарджуна. Пастух спросил, нужна ли ему будет армия. «Если слон затрубит, появится армия". Так и случилось. Пастух стал царем Салабханда, его жену звали Синдхи и он правил знаменитым городом Бхахитана. Налоги ему платило восемьсот городов со стотысячным населением.

Мастер перешел на юг к Шрипарвате и остался там медитировать. Но царь Салабханда скучал по учителю. Он прибыл поклониться Нагарджуне и не отходил от него. «В моей империи мало толку и большие хлопоты, так что я все более несчастен. Мне не нужно престола. Я хочу только сидеть перед глазами мастера". «Не бросай его, это твое царство, — ответил Нагарджуна. — Пусть твоим мастером будут дpагоценные четки. Управляй, и я дам тебе напиток, удаляющий стpах смерти". «Если так нужно, чтобы я правил и получил затем напиток, я буду делать это, — сказал pасстроенный Салабханда, — но я надеюсь, что в этом нет необходимости".

Нагарджуна дал царю наставления, как ему практиковать в своих владениях. Впоследствии Салабханда освоил искусство алхимиков и оставался на престоле сто лет. За это время государство расцвело, и даже звери и птицы в горах жили счастливо.

Через сто лет царь снова нашел повод поехать к Нагарджуне, который в это время усиленно распространял Учение. Дело в том, что злой дух Сунандешвара, исполнившись зависти к славе Дхармы, стал причиной частых неудач учителей и появления признаков раскола в сангхе. Знаки несчастья не заставляли себя ждать. Солнце и луна почти утратили блеск, фрукты портились внезапно, дождь не появлялся по многу дней, и часто нечего было есть. Росли эпидемии, учащались войны. Многие деревья в лесу засохли. Размышляя об этом, Салабханда посчитал это знаками того, что его учитель в беде, и, оставив царство своему сыну

Сандхикумаре, с небольшим числом спутников выехал к Шрипарвате. И вот они встретились. «Зачем ты приехал, сынок?»- спросил мастер. Салабханда ответил:

Может быть, наша удача исчерпана нами,
и учение Победителя приходит к своему концу.
Может быть, стало решающим то, чего мы не знали,
и великое сострадание — как свет луны
в тучах аффектов и заблуждений.
Подвегнется ли учитель, подобный алмазу,
судьбе всего многосоставного?
Я спешил, чтобы знаки не обогнали меня, -
я прошу вас, из вашего сострадания, не покидайте этого мира.

Учитель сказал: «Что-то рождается и не может не умереть. Все состоящее из частей — разрушается после. Все накопленное — тpатится. Все созданное — непостоянно, но почему ты pасстpоен? Возьми себе эликсиp и иди".

«Эликсиp — здесь, быть рядом с Вами, — настаивал Салабханда.- Если учитель уйдет от нас, что за нужда в эликсиpе?»Тем временем мастер раздавал свое имущество. Бог Брахма возник перед ним в обличье брахмана и попросил его голову. Нагарджуна согласился. Царь Салабханда не мог вынести страданий от вида смерти учителя. Прижавшись лбом к ноге мастера, он скончался. Все винили в этом брахмана.

Потом мастер отдал свою голову. Никто не решался отделить ее; наконец, он сделал это сам стеблем травы куша. Когда он передал голову брахману, деревья засохли и заслуги людей увяли. Восемь якшей уселись сторожить тело, они и сейчас там.

Свет вошел в Нагабодхи, преемника мастера, и проявлялся в течение месяца в году, когда наступало время. Сказано, что в будущем тело мастера оживет и он будет помогать живым существам, когда придет Будда Майтрейя.

Львы Будды, Жизнеописание 84 Cиддхов

See More

Наропа был из семьи виноторговцев, но сам рано бросил семейную профессию. В Салипутре, в восточной Индии, он зарабатывал на жизнь заготовкой дров. Услышав однажды, что в Вишнунагаре живет мастер по имени Тилопа, Наропа сменил вязанку хвороста на шкуру оленя, начал вести жизнь йогина и, попривыкнув, отправился на поиски своего гуру.

В Вишнунагаре он спрашивал о Тилопе каждого встречного, но напрасно: мастер исчез, оставив всех в печали и недоумении. Наропа долго странствовал в тех местах, пока наконец, после всех поисков, не встретил Тилопу на какой-то дороге. Сделав множество поклонов, Наропа сказал: «О учитель, как вы себя чувствуете?»"Я не твой учитель, а ты мне не ученик", — ответил Тилопа. В гневе, он стал бить Наропу, чья веpа от этого только усилилась. Затем, собрав подаяние, Наропа предложил гуру поесть. Тот рассердился и снова ударил его. И вновь веpа Наропы лишь возросла. Он ограничился остатками пищи и сделал простирания. Вечером он снова собрал подаяние, и утром тоже. Так, не впадая в отчаяние, он служил учителю двенадцать лет, хотя тот и не говорил ему ни слова,только иногда pугал.

Однажды, собирая милостыню, Наропа набрел на улицу, где праздновали свадьбу. Выпившие на радостях гости дали ему гору вкусной еды и даже немного "зеленой патасы", а это — блюдо из восьмидесяти четырех различных продуктов и пряностей, очень изысканное. Вернувшись, он поднес его Тилопе. Тот попробовал и — о чудо! — впервые за двенадцать лет удостоил Наропу словом. "Сынок, где ты взял такую прелесть? Скорее, скорее, принеси мне еще немного этого потрясающего блюда!"

Наропа ликовал, как бодхисаттва первой ступени. "Двенадцать лет, подумать только, двенадцать лет я следовал за ним, и ни разу он не спросил даже 'Кто ты такой?'. А тут — 'сынок' !»На седьмом небе от счастья, Наропа спешил обратно на свадьбу. Три раза ему давали понемногу, и он относил угощение гуру. На четвертый он подумал, что, если придется худо, это ничего в сравнении с тем, как ему сегодня везло. На пятый раз идти стало совсем неудобно, но Наропа заставил себя продолжать путь. Было очень поздно, когда он осторожно заглянул на улицу, где уже закончились свадебные танцы. Гости уснули или разбрелись кто куда, никого не было за столами, и Наропа, никем не замеченный, сумел утащить полный котел великолепного блюда. Гуру был восхищен. Он дал Наропе посвящение со многими благословениями и в ту же ночь начал наставления Ваджраварахи. Медитируя всего шесть месяцев, Наропа обрел сиддхи. Он стал известен. Со всех сторон к нему стекались люди, и каждый еще за месяц пути чувствовал свет, исходящий из его сердца. Сделав многое на благо бесчисленных живых существ, Наропа ушел в ясный свет.

Contribute to the project

Support and Contribute to This Project of Sharing and Spreading Timeless Wisdom.

Thank you!

· · ·   View More Channels   · · · Random Being
Our Friends:
Buddha at the Gas Pump Big library of interviews with awakened and inspiring beings of our time. Swami Vivekananda Quotes Beautiful library of Swami Vivekananda Inspirational works.