Рамана Махарши     13 posts


Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
"Однажды, в час ночи, я увидел, как Бхагаван выходит из ашрама и двигается в сторону горы. Я пошёл за ним. От Бхагавана меня отделяло несколько шагов. Была кромешная тьма, и я пытался сконцентрироваться на тропинке, по которой шёл Бхагаван. Вдруг я услышал приближающийся стук деревянных башмаков. Звук становился всё громче, прошёл мимо и стал удаляться. Несмотря на этот звук, никого не было. Я был в
ужасе, потому что вспомнил, как Бхагаван рассказывал о невидимом сиддхапуруше, живущем на вершине горы, и что он был сам Аруначала. Меня прошиб холодный пот. Посмотрев на меня, Бхагаван сказал: "А, вы слышали!" Он продолжил: " Сиддхапуруша, обитающий на вершине горы, есть не кто иной, как сам
Аруначала. Его редко можно увидеть. Хорошо, что вы его слышали."

Рамана Перия Пуранам

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Однажды, в 1920-х, когда я был в Скандашраме, я оказался наедине с
Бхагаваном. Я полностью осознавал, что Бхагаван был само божество в человеческой форме. Это признавали все старые преданные Бхагавана. То, что он был не просто святым или аскетом, было твёрдым
убеждением всех его преданных с востока до запада. Вне зависимости от того, какого метода или
убеждения они придерживались, они не сомневались, что Бхагаван был божеством в человеческой форме.
Однако, по какой-то причине меня охватило мощное духовное побуждение, которое вынудило меня
мысленно задать вопрос: 'Бхагаван, кто вы в реальности?' Я не произнёс ни слова. Но Бхагаван, похоже, услышал вопрос. Он посмотрел на меня, поднялся и направился в мою сторону. Взяв меня за руку, он почти
поволок меня на гору. Мы достигли вершины с необычайной лёгкостью. Господствующее над всем
присутствие Бхагавана и его физическая близость привели меня в такой экстаз, что я упал, простёршись, к
его священным ногам. Даже в таком положении я мог видеть, как он посылает свой пронизывающий взгляд
милости прямо мне в Сердце. Он произнёс: 'Кто Аруначала, как не 'Я ЕСТЬ'? Посмотрите внутрь – вы тоже
Аруначала. Идите внутрь.' Затем он нагнулся ко мне и коснулся рукой моего Сердца. И в тот самый миг я
увидел в Бхагаване Аруначалу, а себя ощутил ничем иным, как камнем, на котором сидел. Аруначала один
наполнял всё вокруг истиной. Я снова упал к священным стопам Бхагавана.

Рамана Перия Пуранам

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Прямым учением Бхагавана было молчание. Он учил Самоисследованию тех, кто не мог постичь его молчания; поэтому, что касается его учения, Самоисследование в действительности
занимает второе место. Он передавал учение молчания просто своим наполненным милостью взглядом.
Никогда не было необходимости говорить с Бхагаваном. Он взращивал во мне зрелость постепенно и неуклонно. Все преданные Бхагавана превозносят его взгляд милости; однако, даже этот взгляд был лишь внешним выражением его внутренней тишины. Тишина была состоянием Бхагавана, и его прямое учение было только через тишину. Те, кто получил его послание через тишину, уже больше никогда не задавали
вопросов, а тем более не нуждались в наставлениях. Как можно в словах выразить непостижимую работу
Бхагавана через молчание?

Шанкарамма

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Чедвик также много шутил с Бхагаваном. В то время в Старом Холле не было потолочных вентиляторов.
Вместо них была пунка – индийский ручной потолочный веер, сделанный из длинной крепкой деревянной
жерди и прикреплённого к ней такой же длины куска материи. Если потянуть за привязанную верёвку, пунка начинала раскачиваться, нагоняя приятный ветерок. В Старом Холле верёвка от пунки свисала за
кушетку Бхагавана. Однажды, когда в Холле никого не было, Чедвик каким-то образом сложил своё
шестифутовое тело и спрятался за кушеткой. Когда Бхагаван пришёл и сел на кушетку, он украдкой начал
раскачивать пунку. Бхагаван был удивлён, так как в Холле никого не было, а пунка быстро раскачивалась!
Бхагаван поворачивался очень медленно, и к тому времени, как он попытался выяснить, кто раскачивает
пунку, Чедвик успел спрятаться. Увидев, что никого нет, Бхагаван отвернулся, и Чедвик снова начал
раскачивать пунку. Так происходило несколько раз, пока Бхагаван не крикнул: "Чедвик, выходите, я знаю, что вы там!"
Бхагаван делился с Чедвиком многими секретами священной горы. Однажды, когда они были в Холле, Бхагаван обратился к нему: "Чедвик, когда я обходил вокруг горы, я вдруг оказался внутри неё. Я видел там
много городов, водопадов, рек, храмов и людей. Эти люди, которые сейчас здесь, были там, и, эй, Чедвик, вы тоже там были!" После того, как Бхагаван рассказал это, Чедвик, Мунгала Венкатарамия, Осборн и
многие другие независимо друг от друга переживали тот же опыт, когда обнаруживали себя внутри горы и
видели города и водопады и медитирующих мудрецов. Это может показаться непостижимым, но это
настоящий духовный опыт. 'Я ЕСТЬ', к которому мы все должны пробудиться, это то самое 'Я ЕСТЬ', что
внутри горы.

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Бхагаван был очень красивым человеком, сиявшим
видимым светом или аурой. У него были самые изящные руки, которые мне приходилось видеть когда-либо, которыми он себя выражал. Можно даже сказать, что он мог говорить руками. Черты его лица были
правильными, с прославленным чудом взгляда. Высокий лоб, выше купола головы я не встречал ни у кого.
В Индии это называется куполом мудрости, и весьма естественно, что именно таким черепом обладал наш
возлюбленный Бхагаван. Его тело было хорошо сложено и всего лишь среднего роста, но это не слишком
бросалось в глаза, поскольку его личность обладала таким господством, что его считали высоким. У него
было превосходное чувство юмора, и когда он говорил, улыбка никогда не сходила с его лица. В его
репертуаре было несметное количество шуток, и он был великолепным актёром. Он всегда разыгрывал
роль главного участника своего рассказа. Когда люди приходили к нему со своими семейными историями, он смеялся вместе со счастливыми, и плакал вместе с обездоленными. В этом смысле он всегда, казалось, отвечал взаимностью на эмоции других людей. Он никогда не повышал голос, и, если иногда он казался
рассерженным, на поверхности его покоя не возникало даже ряби. Если заговорить с ним непосредственно
после этого, он будет спокоен и уравновешен. Он не говорил много или без необходимости. Его явное
молчание лишь подчёркивало, сколько пустой болтовни обычно бывает между нами. Он во всём любил
простоту и предпочитал сидеть на полу, но его принуждали лежать на кушетке, ставшей его домом
большую часть суток. Он никогда не позволял оказывать ему привилегии. Он ходил гулять на гору
несколько раз в день, и если можно было бы говорить о какой-либо его привязанности на земле, это была
привязанность к горе. Он любил её и говорил, что это сам Бог.

М. Чедвик

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Чедвик просил Бхагавана рассказать ему больше об Аруначале. Бхагаван сказал, что на поверхности горы не
осталось ни пяди, где бы ни ступила его нога. Затем Бхагаван рассказал, что произошло с ним однажды во
время прогулки, когда он жил в храме Панчаямман, расположенном в лесу у подножия горы. В тот день
Бхагаван посмотрел вверх и увидел огромное дерево баньяна на вершине крутой скалы. Его это потрясло, так как, возможно, это было то самое мифологическое дерево, под которым сидел Господь Дакшинамурти в
образе Арунагири Йоги. Бхагаван захотел добраться до него. По пути он нечаянно потревожил гнездо диких
ос и был сильно искусан его разъярёнными обитателями. У него померкло в глазах, и он вернулся в храм с
раздутой левой ногой. Потом Бхагаван предупреждал преданных, чтобы те не пытались забраться к дереву
баньяна. Рассказав мне об этом случае, Чедвик сказал: "Это великое благословение для нас, что Бхагаван
вернулся в тот день в храм, не пытаясь больше залезть на гору. Иначе мы могли бы в тот день потерять
нашего Бхагавана, так как Бхагаван это сам Аруначала, и он мог бы слиться с Арунагири Йоги. Как свет из
тела Бхагавана полетел к вершине горы и слился с ней, когда Бхагаван покидал тело 14 апреля 1950 года."
Однажды Бхагаван открыто говорил о том, что Чедвик когда-то был среди 'нас', но сильно захотел родиться
на западе, и родился как Чедвик, а теперь вернулся к 'нам'. Когда Чедвик рассказал мне об этом, мне это не
очень понравилось, потому что Бхагаван никогда не говорил о реинкарнации и прошлых жизнях. Тогда
Чедвик заметил: "Истинный смысл высказывания Бхагавана в том, чтобы не иметь желаний. Вот что важно, а не то, что у меня была прошлая жизнь или я перевоплотился." Это указатель для нас ищущих – никогда не
иметь и не проявлять желания. Единственная вещь, на которую мы должны медитировать, это 'Я ЕСТЬ', сознание внутри нас.
Именно Чедвик ближе всех подошёл к тому, чтобы вынудить Бхагавана раскрыть, хоть и не напрямую, что
он Гуру. Бхагаван никогда не принимал двойственности гуру и ученика. Он никогда не объявлял себя гуру, а
всех остальных – учениками. Но на определённом этапе у Чедвика возникла с этим проблема: "Вы никогда
не говорите, что вы гуру. Но вместе с тем, согласно вашим словам, ученик не может достичь освобождения
без гуру. Так, где я нахожусь, Бхагаван? Мне нужно идти искать гуру?" Бхагаван попытался объяснить ему, что есть только Я, и что не может быть отдельного гуру. Истинный гуру не может объявлять себя гуру в
отличие от ученика. Он пытался сказать, что есть только Я внутри каждого, но этот ответ Чедвика не
удовлетворил. Заметив это, Бхагаван повернулся к другим: "Чедвика не удовлетворяет то, что я говорю.
Попросите секретаря принести официальный документ, удостоверяющий это. И пусть захватит печать, чтобы я мог поставить её и вручить документ ему!" Вот так Чедвик заставил Бхагавана признать, что он
действительно гуру!
Чедвик рассказал мне, что за несколько дней до того, как Бхагаван покинул тело, он зашёл в комнату
Нирваны к Бхагавану и, горько плача, произнёс: "Бхагаван, вы уходите." И здесь тоже Бхагаван открыл, что
он действительно гуру, ответив: "Первостепенная обязанность гуру это утвердить несомненный факт своего
существования в сердцах своих учеников, и сделав это, он может уйти." Он уже внедрил истину в Чедвика и
в других, и поэтому покидал это тело.
Однажды я спросил Чедвика: "Вы реализованы?" Этот вопрос я задавал всем старым преданным –
Муруганару, Коэну, Осборну, Садху Натанананде, Дэвараджа Мудальяру и другим. Никто из них не сказал
ни да, ни нет, все улыбнулись. Когда я спросил Чедвика, реализован он или нет, он не ответил да или нет.
Вместо этого он сказал: "Я расскажу тебе, что произошло. Прожив с Бхагаваном много лет – четыре или пять
— я совершил ошибку, пытаясь определить свой духовный прогресс. Ищущий никогда не должен этого
делать. Мне казалось, я никуда не продвинулся за эти годы. Многие, кто видел меня в Раманашраме, считали меня святым или мудрецом, говоря: 'О! Он счастливчик. Он так близок к Бхагавану. Он так много
медитирует. Он уже в том состоянии.' Это вызывало во мне противоречие, ведь сам я чувствовал, что не
расту духовно. Но, оставив материальный мир, я уже не мог вернуться в мирскую жизнь. Я чувствовал себя
пойманным между двух огней. Опечаленный, я пошёл в холл к Бхагавану. Он был один. Я сказал ему:
'Бхагаван, я в бедственном положении. Я ни здесь, ни там, и меня это сильно мучает.' Бхагаван посмотрел
на меня сострадательно и сказал: 'Чедвик, кто всё это говорит?' И тут же меня словно током пронзило, я
буквально убежал в свою комнату, закрыл дверь и вошёл в нейтральное состояние. Меня не волновало, созреваю ли я духовно и смогу ли я остаться в этом мире. Я был в нейтральном состоянии молчания.
Несколько дней прошли так – я не чувствовал ни радости, ни беспокойства."
Единственной роскошью, которую позволял себе Чедвик, было принятие ванной, стоявшей на веранде его дома. Через несколько
дней после вышеописанного эпизода что-то неожиданно произошло. Как рассказывал мне Чедвик: "Я
принимал ванну, и честное слово, Ганешан, я не был в высокодуховном состоянии или молитвенном
настрое, когда вдруг меня осенило – Я ЕСТЬ!" Он пережил это – не только на словах. В экстазе он, как был
мокрый, только обернув полотенце вокруг талии, побежал в Старый Холл, откуда выбежал несколько дней
назад. К счастью, и сейчас Бхагаван был один. В этом духовном блаженстве, где не было Чедвика, а только
'Я ЕСТЬ', он спросил Бхагавана: "Бхагаван, это То?" Чедвик вспоминал: "Бхагаван одарил меня самой
восхитительной улыбкой и подтвердил: 'Да, Чедвик, это То!' Тогда я спросил его: 'Бхагаван, это так просто?'
Бхагаван ответил: 'Да, это именно так просто.' С тех пор у меня никогда не бывало сомнений."
Однажды Чедвик дал мне совет: "Ганешан, не собирай лишних знаний, потому что в итоге само это знание
станет большой помехой в Самореализации. Когда я хотел выучить тамильский язык и спросил на то
разрешения Бхагавана, его ответ был откровением. Он сказал: 'Зачем вы хотите взвалить на себя ещё одну
жуткую тяжесть? Всё знание в конце должно быть оставлено, чтобы пережить истину. Вы должны прыгнуть
внутрь, чтобы пережить истину через неустанную практику вопрошания 'Кто я?' Ключ к Самореализации это
практика, практика и только практика.'" Я воспользовался этой возможностью, чтобы спросить у него о ещё
одном разъяснении, почему учения Бхагавана больше притягивают людей с запада. Ответ Чедвика был
важным. "Послание Бхагавана, безусловно, очень ценится на западе. Его чисто рациональные аргументы и
отсутствие чувств в его учениях имеют большую привлекательность. Он никогда не проповедовал и не
устанавливал законов. Вместо этого, он сосредоточился на развороте ищущего назад к себе, указывая на то, что всё всецело в его руках, так как гуру может только указать путь и направить. Ибо Самореализацию никто
не может дать."

Рамана Перия Пуранам

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Ты должен предложить Мне яркий рубин твоего ума.
Этот дар порадует Меня.
Столь же сладостной любви, как к такому уму,
не испытываю Я ни к чему другому.
Падам принимает умы любящих преданных Ему
в качестве подношения , глотая их...
Падам принимает как подходящее подношение только ум,
отвергая все прочее как неподобающее.

Однаджы пришло сразу много посетителей. Все они приветствовали Шри Бхагавана (Раману Махарши) одной просьбой: "Сделайте меня бхактой(преданным). Дайте мне мокшу(освобождение)." После их ухода Шри Бхагаван сказал: размышляя вслух: "Все они хотят бхакти и получить мокшу. Если я скажу им, чтобы они отдали Мне себя, они не сделают этого. Как же тогда они смогут получит то, чего хотят?"

— Муруганар "Падамаллай, наставления Шри Раманы Махарши"

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Муруганар всё время общался с Бхагаваном. Бхагаван не был начитанным человеком, тогда как Муруганар
перечитал уйму тамильской литературы. Временами, когда они с Бхагаваном были одни, Бхагаван мог
попросить Муруганара пересказать ему содержание какой-либо книги. Однажды Муруганар в экстазе стал
пересказывать Бхагавану суть великих книг. Много книг было обсуждено в тот день с Бхагаваном, который
был прекрасным слушателем. Затем он повернулся к Муруганару и сказал: "В конечном итоге суть всех этих
книг одна – истина. Есть только одна цель, но дороги к ней и дорожные карты все разные. Есть много
различных путей, писаний, текстов, описаний, примеров и иллюстраций, но единственная суть – одна
истина." Муруганар был так потрясён, что горячо воскликнул: "Да, Бхагаван, это правда! Теперь я вижу, что
чтение этих книг было пустой тратой времени." Бхагаван поспешил поправить его: "Нельзя рассматривать
это в таком ключе. Именно потому, что мы прочли так много книг, мы поняли, что их суть только истина.
Если бы мы не прочитали их, ум продолжал бы нас искушать мыслью, что в какой-нибудь книге есть что-то
новое. Таким образом, чтение также служит цели. То же самое с ритуалами и пуджами," добавил он.
"Существует множество разнообразных ритуалов, и единственной функцией их выполнения является
распознавание, что есть одна единственная простая истина. Сами по себе ритуалы и пуджи не так уж
важны для Самореализации."

Рамана Перия Пуранам

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
В начале жизни в Раманашраме Бхагаван сушил своё полотенце на бельевой верёвке в дальнем конце
холла. Там было воробьиное гнездо с тремя или четырьмя яйцами в нём. Однажды, когда Бхагаван
стягивал полотенце с верёвки, одно яйцо упало на землю и треснуло. Бхагаван опешил. Он пожаловался
служителю: "Смотрите, смотрите! Вот что я наделал сегодня!" Он поднял яйцо, и с нежностью глядя на него, воскликнул: "О, бедная мать будет убита горем, она может даже разгневаться на меня за то, что я стал
причиной смерти её долгожданного малыша! Можно ли заново соединить треснутые части скорлупы? Ну-
ка, попробуем!" Затем он завернул яйцо во влажную тряпку и сказал: "Надеюсь, Аруначала спасёт меня от
этого греха". Он положил яйцо обратно, и каждые несколько часов приходил менять влажную тряпку.
Спустя семь дней он заметил, что скорлупа заросла, и воскликнул: "Глядите-ка! Что за чудо! Трещина
затянулась, теперь мать будет счастлива и высидит своё яйцо. Аруначала освободил меня от греха быть
причиной потери жизни!" Одним прекрасным утром яйцо было высижено, и на свет вылупился птенец. С
радостным лицом Бхагаван взял его в руки, ласкал его губами, нежно гладил руками и передал другим, чтобы те полюбовались.

Рамана Перия Пуранам

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Фрэнк Хамфриз был молодым британским полицейским и католиком. Переведённый в Индию из Англии, он прибыл в Бомбей, ныне Мумбай, с высокой температурой и был вынужден лечь в больницу.
Будучи медиумом, обладающим оккультными силами, Хамфриз использовал эти силы, чтобы облегчить
сильную боль, от которой он страдал, находясь в больнице. Потом он переместил своё тонкое тело в
Веллор, город рядом с Тируваннамалаем, куда его назначили по должности, и там увидел Нарасимайю, который должен был обучать его местному языку телугу. Позже, когда он сам прибыл в Веллор, Нарасимайя представился: "Я ваш учитель телугу". "Я знаю", ответил англичанин. "Откуда вы знаете?"
спросил озадаченный учитель. "Я встречал вас, хотя вы никогда не были в Бомбее. Я путешествовал в
астральном теле и видел вас", отвечал Хамфриз. Нарасимайя обучал много британцев, большинство из
которых вовсе не чувствовало тяги к духовности. Он решил, что этот человек просто чокнутый.
Затем Хамфриз попросил Нарасимайю: "Я бы хотел почитать книгу по индуистской астрологии на
английском. Вы можете мне помочь?" Нарасимайя заключил, что это была всего лишь ещё одна
сумасбродная просьба, и проигнорировал её. Заметив это, Хамфриз продолжил: "Здесь есть какие-нибудь
махатмы?" (Махатма значит великая душа). Этот последний вопрос сильно удивил Нарасимайю. Он захотел
испытать Хамфриза. Он ушёл, ничего не ответив. На следующий день он вернулся с множеством
фотографий святых и мудрецов и зашёл в комнату Хамфриза. Никого там не обнаружив, он оставил
фотографии на столе и ушёл. Когда он вернулся, Хамфриз тоже уже был здесь. Взяв одну фотографию из
общей кучи, он спросил: "Нарасимайя, это не твой гуру?" Он показывал на фото Кавьяканты Ганапати Муни.
Кавьяканта действительно был гуру Нарасимайи. Потрясённый, Нарасимайя заключил, что Хамфриз не был
чокнутым, ведь не могло же быть столько поразительных совпадений. Хамфриз поведал ему: "Прошлой
ночью ваш гуру пришёл ко мне во сне. Он сел рядом со мной на кровати и сказал что-то на языке, которого
я не понял". Это окончательно убедило Нарасимайю.
К несчастью, вскоре Хамфриз заболел и был отправлен в Ути, местечко в горах Нилгири, где он оставался
несколько месяцев. Вернувшись, он сказал Нарасимайе: "Прошлой ночью мне снился сон. Так как ты
можешь не поверить моему словесному описанию, я нарисую то, что видел". Затем он нарисовал гору, пещеру в ней, рядом небольшой водопадик и стоящего возле него садху. Это было живописное
изображение пещеры Вирупакша и Раманы Махарши. Нарасимайя потерял дар речи: "Это мастер моего
мастера!" Совершенно убеждённый теперь насчёт Хамфриза, он захотел отвести его к Бхагавану. Сперва он
познакомил его с Кавьякантой Ганапати Муни, который в то время был в Веллоре. Кавьяканта был удивлён, увидев этого британца, которому был всего двадцать один год, а он уже старший полицейский офицер. В
Тируваннамалае проходила конференция Теософского Общества, в которой Кавьяканта должен был
принять участие. И все трое отправились в Тируваннамалай.
По дороге к месту назначения Хамфриз не находил себе места – ему не терпелось увидеть святого, которого
он видел во сне. Они пришли в пещеру Вирупакша и сели напротив Бхагавана. Бхагаван долго и пристально
смотрел на него. Вот что Хамфриз написал о своей первой встрече с Бхагаваном: "В два пополудни мы
пошли на гору, чтобы встретиться с ним. Достигнув пещеры Вирупакша, мы сели перед ним у его ног и
ничего не говорили. Так сидели мы долгое время, и я почувствовал, как поднимаюсь из себя. В течении
получаса я смотрел в глаза Махарши, которые не меняли своего выражения глубокого созерцания. Я начал
сознавать, что тело это храм Святого Духа. Я чувствовал, что тело этого мастера не было человеком; это был
инструмент Бога, просто сидящий, неподвижный труп, от которого веяло Богом ужасно. Мои чувства были
неописуемы. Махарши это человек, не поддающийся описанию его достоинств, доброты, самообладания и
спокойной силы убеждённости. Невозможно представить ничего более прекрасного, чем его улыбка. В
человеке, находящемся в его присутствии, происходят непостижимые перемены".
Таково было первое впечатление молодого человека от Бхагавана. Позже Кавьяканта предложил ему
задать Бхагавану несколько вопросов. Хамфриз, будучи очень юным, полным энтузиазма, жаждущим
служить миру, с готовностью согласился. Его первым вопросом был: "Мастер, могу ли я помочь миру?"
Бхагаван: "Помогите себе, и вы поможете миру". Хамфриз: "Я хочу помочь миру. У меня получится?"
Бхагаван: "Да, помогая себе, вы поможете миру. Вы в мире, вы и есть мир. Вы не отличны от мира. И мир
не отличен от вас". Хамфриз, после паузы: "Мастер, я могу творить чудеса, как это делали Шри Кришна и
Иисус Христос?" Бхагаван: "Кто-либо из них, совершая чудо, чувствовал, что это он его совершает?"
Хамфриз: "Нет, мастер". Это был первый намёк, данный ему Бхагаваном, чтобы он не увлекался
оккультными силами и чувством делателя.
Слишком долго оставаться в Веллоре было выше его сил. Он возвращался, когда только мог, часто
проделывая пятьдесят миль под палящим солнцем на своём мотоцикле. Когда он приходил в пещеру
Вирупакша, Бхагаван задавал один неизменный вопрос: "Вы ели? Вы не голодны?" Обычно Хамфриз бывал
голоден. Бхагаван немедленно организовывал еду для него. Бхагаван знал, что западные люди едят
ложкой, поэтому он смастерил для него ложку из скорлупы кокосового ореха. Это потрясло Хамфриза ещё
больше. Один раз Хамфриз всё ещё чувствовал голод после завершения трапезы. Бхагаван заметил: "Вы не
наелись". Тогда он попросил кого-то дать ему ещё еды. Пообедав, молодой англичанин почувствовал
сильную жажду из-за обжигающей тропической жары. Однако его врождённая британская сдержанность
не позволяла ему просить чего-либо. Зная это, Бхагаван тут же посмотрел на одного из преданных и сказал:
"Дай ему лимонада. Он очень хочет пить". Всё это убедило Хамфриза в том, что любовь Бхагавана была не
только любовью духовного мастера, но также любовью кормящей матери. Много раз он видел маленьких
детей возле пещеры – они не разговаривали, не играли, просто тихо сидели. Это ставило его в тупик. Он
никогда не видел, чтобы дети сидели так тихо, так спокойно и так долго. Всё дело в том, что эти дети
чувствовали духовный покой Бхагавана и откликались в той же манере.
Бхагаван знал о склонности Хамфриза к оккультным наукам и отговаривал его: "Ищите то, что превосходит
все оккультные силы", говорил он ему. "Ваша цель должна быть наивысшей, а это значит распознать, что вы
есть истина. Все эти оккультные силы вводят вас в заблуждение. Оставьте их!" Бхагаван помог Хамфризу
отучиться использовать оккультные силы. Хамфриз был очень сильным человеком. Имея способность
овладеть оккультными силами, он с таким же успехом мог практиковать учения мастера. Когда он оставил
выбранную профессию и оккультные науки, Бхагаван направил его с помощью учений Самоисследования и
Сдачи и научил его идти внутрь.
Его описания мастера, которые он отправил в письме своему другу в Англию, были опубликованы в
журнале International Psychic Gazette: "Явления, которые мы видим, любопытны и удивительны – но самую
чудесную вещь мы не сознаём, а именно, ту единую и единственную беспредельную силу, ответственную
за все видимые явления и за сам акт их видения. Не останавливай своё внимание на всех этих
изменяющихся вещах – жизни, смерти, явлениях. Не думай даже о настоящем акте видения или
восприятия их, но только о том, что видит все эти вещи, том, что ответственно за всё это. Сперва это
покажется почти невозможным, но мало-помалу результат проявится. На это уходят годы обучения и
ежедневной практики, но именно так создаётся мастер. Дай себе четверть часа в день. Постарайся
удерживать ум неколебимо сосредоточенным на 'Том', которое видит. Это внутри тебя. Не жди, что это 'То', будет чем-то определённым, на чём можно легко сконцентрировать ум – всё будет не так. Хотя уходят годы
на то, чтобы найти это 'То', результаты этой концентрации проявятся уже через пять или шесть месяцев – в
разного сорта бессознательных ясновидениях, в спокойствии ума, в способности преодолевать трудности, в силе, окружающей нас, всегда бессознательной силе. Я передал тебе эти учения в тех же словах, в которых
мастер даёт их своим близким ученикам. И с этих пор позволь всем твоим помыслам в медитации
сосредоточиться не на акте видения, ни на том, что ты видишь, но неотрывно на том, что видит".

Какие мощные указания! Как благословен был молодой Хамфриз, получив это учение! Хамфриз получил
всё после того, как укоренился в Сердце. Найдя очень трудным справляться со своей работой и
одновременно практиковать медитацию, он пришёл к Бхагавану, который посоветовал ему остаться чуть
дольше. (Мастер может распознать, когда ученик полностью готов. Бхагавану, 'шеф-повару', необходимо
было 'поджарить' его ещё немного!) Спустя шесть месяцев он снова пришёл к Бхагавану. На этот раз
Бхагаван сказал: "Теперь вы можете идти". Хамфриз записал: "Я вернулся как более преданный и глубокий
католик". В нём совсем не было конфликта.
Спустя некоторое время он и вовсе отошёл от мирских дел, поступил в монастырь и стал монахом. Для
укоренившихся в Сердце нет индусов, христиан или мусульман, нет мужчин или женщин, только чистое
бытие – такими хотел бы видеть своих последователей Иисус.

Рамана Перия Пуранам

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Глаза джняни уподобляют глазам мертвого козла; они всегда открыты, никогда не закрываются. Они блестят, но ничего не видят, хотя другим кажется, что они видят все.

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Шри Бхагаван не терпел преданных, которые слишком пеклись о его телесных нуждах и физическом благополучии. Он мог терпимо относиться к некоторому рвению в посетителях и почитателях, которые были сравнительно новичками, но был суров с давнишними преданными, пытавшимися уделить ему особое внимание даже в обычных делах. Обычно он выказывал свое недовольство строгим молчанием, но порой мог также сильно отчитать беднягу и заставить того устыдиться. В мои юные годы я однажды вызвал его неудовольствие, пытаясь спасти его от физических усилий, которые, как я думал, были чрезмерны для него. Он преподал мне суровый урок, который я помню до сих пор.
Это произошло где-то в начале 1920-х годов, в то время когда кухней заведовал Дандапани Свами. Каждый день он готовил разные виды чатни. Он и Шри Бхагаван делали это вместе. Один из них должен был перетирать ингредиенты в каменной ступе, в то время как другой проталкивал их. В те дни, поскольку в ашраме постоянно жили только восемь – десять человек, Шри Бхагаван часто присоединялся к нам в работе по резке и перемалыванию овощей. Так как Дандапани Свами был брахманом, он не позволял никому из не-брахманов толочь овощи. Это означало, что эту тяжелую работу Шри Бхагавану приходилось выполнять почти каждый день. Через некоторое время у Шри Бхагавана из-за этого появились волдыри на указательном правом пальце. Рамакришна Свами и я были очень обеспокоены, увидев это. Мы сообщили Дандапани Свами о волдырях Шри Бхагавана и попросили его на некоторое время прекратить готовить чатни, требующее перемалывания ингредиентов.
Он проигнорировал нашу просьбу, и потому я пошел к Шри Бхагавану и с глазу на глаз сказал ему, выражая сильную озабоченность: «Бхагаван, у вас волдыри на руке. Пожалуйста, не толките больше в ступе. С нашей стороны будет очень недостойно позволить вам и дальше так работать. Если вы продолжите, я не буду есть то, что приготовлено вами таким образом».
На следующий день Дандапани Свами принес на кухню много кислых овощей и приготовился делать чатни. Никто из нас не вызвался почистить эти овощи перед готовкой. Поскольку в тот день Шри Бхагаван перемалывал их в ступе, я сдержал свое обещание и отказался есть чатни за обедом. Кто-то сообщил об этом Шри Бхагавану.
Перед следующим приемом пищи Шри Бхагаван послал за мной и спросил: «Можно мне поесть?»
Я стоял ошеломленный. Тогда Шри Бхагаван посмеялся надо мной со словами: «Если я не буду слушаться преданных, они не будут есть. Я должен слушаться их приказаний. Когда они приходят сюда, сначала каждый из них – садху . Но проходят дни, и они начинают давать указания, даже мне, потому что думают, что Свами должен слушаться всего, что они скажут».
Его слова привели меня в шок, но он не дал мне шанса прийти в себя.
В течение следующих трех дней он дразнил меня, спрашивая разрешения на простейшие вещи: «Можно мне помыться? Могу я поесть? Можно мне сходить в туалет?»
Через несколько дней я понял, что больше не могу выносить его насмешки. Я рассказал Рамакришне Свами о своих душевных муках. Полагая, что перемена обстановки принесет необходимый душевный покой, я сказал ему, что планирую отправиться в Тирупати на поезде в 18.30, и вернусь, проведя там несколько дней. Я также упомянул о моем плане Шри Бхагавану и получил его разрешение на поездку.
В тот день, чуть позднее трех часов, Шри Бхагаван вдруг решил, что пойдет на гири прадакшину. Рамакришна Свами предложил, чтобы я пошел со Шри Бхагаваном и сел на поезд, когда мы будем проходить по городу. Решив, что это неплохая идея, я взял дхоти и еще некоторые вещи для поездки и отправился со Шри Бхагаваном и остальными на прадакшину . Именно в тот день почему-то Шри Бхагаван шел очень медленно. Поскольку было бы неправильно обгонять Шри Бхагавана, мне пришлось идти так же. Шестичасовой поезд уехал, когда мы проходили Кубера Лингам. Смотря, как он уезжает, Шри Бхагаван рассмеялся и сказал: «Смотри, вон твой поезд уходит! Быстрее, беги к нему! Беги!»
Остальные тоже засмеялись, а я не мог сказать ни слова. Позднее тем вечером мы вернулись в ашрам.
После ужина Дандапани Свами сказал Шри Бхагавану: «Кажется, он сказал, что вам не следует толочь чатни. Из-за этого замечания вы сказали, что отныне все должно делаться согласно его указаниям. Чувствуя, что он сможет избавиться от душевных страданий в каком-нибудь другом месте, он решил уехать в Тирупати. Теперь он сожалеет, что его поведение рассердило Шри Бхагавана. Он просит прощения».
Шри Бхагаван тут же ответил: «Как я могу сердиться на него? Что плохого он сделал? Поскольку он не мог вынести вида волдырей на моей руке, он отказался есть чатни, приготовленное мной. На что тут сердиться? Он подумал, что я рассердился, и хотел уехать в Тирупати. Какой умный малый! Здесь ему даже ашрамская еда кажется невкусной. Он добавляет воду в самбар и расам и проглатывает их, как будто это лекарство. Какую пищу он найдет где-то в другом месте? Кроме того, человек, обучавший его раньше в Керале, положил его руку в мою и попросил меня заботливо присматривать за ним. Перед тем как уйти, он перепоручил его мне. Если завтра он вернется и спросит меня: „Где мой ученик?“, то кто, если не я, должен будет отвечать?»
Шри Бхагаван рассмеялся и заключил: «А теперь этот парень хочет ехать в Тирупати!»
Я почувствовал огромное облегчение и счастье, когда услышал эти слова Шри Бхагавана. Разве не было все это драмой, разыгранной Шри Бхагаваном, чтобы избавить меня от моей эгоистичной мысли, что «Я совершаю личное служение Шри Бхагавану. Только я забочусь о его благополучии». Зная, что Шри Бхагаван принял меня полностью, разве может быть место беспокойству и смущению?

Кунджу Свами

«Вскоре после того, как Кунджу Свами появился в ашраме, к Шри Бхагавану прибыл один малаяламский посетитель и, пожив несколько дней в ашраме, вручил тому рукопись, по его словам, содержавшую жизнеописание Шри Бхагавана. Рукопись была на малаялам, и поскольку Бхагаван был знаком с этим языком, он взял ее и стал внимательно читать. Он прочел ее от начала и до конца, иногда останавливаясь, чтобы исправить грамматические или орфографические ошибки в тексте. Наконец, завершив чтение, он с улыбкой вернул ее автору. Это событие вызвало большое волнение среди последователей, поскольку до этого не было ни одной биографии Бхагавана. Однако кроме Бхагавана, к сожалению, никто в ашраме не умел читать на малаялам, за исключением Кунджу Свами, который в это время отсутствовал. Когда он, наконец, вернулся, ему дали рукопись и попросили перевести ее содержание для присутствующих преданных. Кунджу Свами стал читать текст, но прочитанное ужаснуло его. Биография была по большей части вымыслом. Кроме всего прочего, в ней утверждалось, что Бхагаван был женат, и приводился длинный список всех сиддх , которых он достиг, и всяческих зрелищных чудес, которые он якобы совершал. Ничто из этого не было правдой.
Кунджу Свами бросился к Бхагавану и спросил его: “И все это правда?” Бхагаван молча смотрел на него некоторое время, а потом сказал, указывая на все вокруг: “А это все – правда? [Потом, показывая на рукопись] Разве только это вымысел?”
Ту рукопись так и не опубликовали, поскольку автор не смог найти издателя, который взял бы его труд».

Evgeny shared a Рамана Махарши quote         SHARE URL

Рамана Махарши

See More
Люди часто говорят, что Багаван был аватаром, желая таким образом добавить ему славы; но для подобных заявлений нет совершенно никаких оснований, кроме того, что аватаром можно назвать каждого, поскольку каждый из нас – это Бог в человеческом теле. Однажды саньясин, принадлежавший к известному ордену, считавший, что только их Гуру достиг самореализации, допрашивал Багавана в самой агрессивной и грубой манере.

Саду: «Говорят, что вы – аватар Субраманьи. Что вы об этом скажете?»
Багаван ничего не сказал.
Саду: «Если это так, почему вы молчите об этом? Почему бы вам не рассказать нам
правду?»
Багаван не ответил.
Саду: «Скажите нам, мы хотим знать».
Багаван (тихо): «Аватар – лишь частичное проявление Бога, а джняни – это сам Бог».

В этом заключается вся разница между адвайтой и другими философиями. По адвайте нет ничего, кроме Атмана. Нет места для таких особых проявлений, как аватары. Человек либо самореализован, либо нет. Нет никаких уровней.

Воспоминания саду о Рамане Махарши . Саду Аруначала (Майор А.В. Чадвик)

Contribute to the project

Support and Contribute to This Project of Sharing and Spreading Timeless Wisdom.

Thank you!

· · ·   View More Channels   · · · Random Being
Our Friends:
Buddha at the Gas Pump Big library of interviews with awakened and inspiring beings of our time. Swami Vivekananda Quotes Beautiful library of Swami Vivekananda Inspirational works.